50 и одно дыхание легче - Лина Мур

— Я запомнила её внешность. Она была очень красивой и на самом деле уникальной. Она безобразно вела себя в студии, кричала, обвиняла меня в чём-то глупом и сразу же возненавидела. Это она была, Николас! Она! — Показываю на фотографию Зарины в рамке.

— Мишель, я был на её могиле. И это, вероятно, просто похожий человек, — отрицательно мотаю головой.

— У меня остались снимки с той фотосессии. Они на жёстком диске. Дэйв всегда разрешает мне забирать их, чтобы учиться правильно обрабатывать, — передаю Нику рамку и бегу в сторону гардеробной.

Я клянусь, что это она. Я бы не перепутала её. Конечно, некоторые изменения есть, но это была Зарина.

Копаюсь в чемодане и достаю жёсткий диск. Вхожу в спальню, и Ник забирает у меня его. Мы вместе идём в кабинет. Пока он подключает его к компьютеру, я нервно кусаю губу.

— Она хамила мне, постоянно оскорбляла, разбила мою камеру, которую ты подарил. Она истерила и вопила, как ненормальная. А потом даже не оплатила ничего, высказав мне свои претензии, — произношу я.

— В какой папке? — Спрашивает Ник.

Подхожу к нему и беру мышку сама. Нахожу нужную папку и открываю фотографии.

— Вот. Смотри. Разве это не Зарина? — Шепчу я, когда на экране раскрывается её портретная фотография.

— Нет… нет, такого быть не может, — бормочет Николас, просматривая кадр за кадром. И теперь я явно вижу Зарину. Этот едкий и неприятный взгляд зелёных глаз я на всю жизнь запомнила.

— Я с ней поругалась. На парковке… я была так расстроена тем, что она разбила мою камеру, что не вытерпела. Подошла к ней и высказала всё. Она упоминала, что делала пластическую операцию… нос. Она переделала нос, — забиваю неприятную и липкую тишину между нами.

— Чёрт, — Ник откидывается в кресле и закрывает ладонью лицо.

— Это она, да? Это Зарина? — Шепчу я.

— Да… да, это она. Нос точно она переделала, подтяжку, а остальное такое же, как я запомнил. Это она, крошка. Она жива и помогает своему брату убить тебя. Зарина подстроила свою смерть, инсценировала её, а я думал, почему всё так легко было. Почему никто не высказал мне обвинений, никто не подал на меня в суд? Её мать даже не появлялась. Зарина была жива, и они покрывали её, чтобы наказать меня. А теперь она мстит мне, — горько произносит Николас.

— То есть она пришла посмотреть на меня? Увидеть соперницу в лицо и унизить меня? И сейчас хочет отомстить за то, что ты полюбил меня, а не её? — С ужасом спрашиваю я.

— Вероятно, так. Всё так. Мне нужно пару минут, хорошо? Дай мне побыть одному пару минут, Мишель. Я сейчас в шоке, и мне нужно что-то сделать. Сообщить об этом службе безопасности и найти все данные на неё, которые есть у Дэйва, — вряд ли Нику сейчас нужно остаться одному. Он растерян. Он столько лет винил себя в смерти этой стервы, которая просто поиграла с ним и его чувствами. Но я киваю и выхожу из кабинета, закрывая за собой дверь.

Насколько женщины могут быть безумны в своей ревности? Настолько, чтобы убивать. И уж точно, если сейчас узнается, что я беременна от Николаса, то это только усилит желание моей смерти вместе с ребёнком.

Господи.

От страха у меня всё внутри переворачивается. Я вхожу обратно в комнату с вещами Зарины и оглядываюсь. Я чувствую её, словно она на самом деле здесь живёт, но на некоторое время вышла проветриться. Меня передёргивает от этого ощущения. Подхожу к коробкам и открываю самую верхнюю. Там лежат кисточки для макияжа, книги, чехлы вместе с плойкой, и отсюда воняет духами. Вероятно, они разбились или лопнули от жары в этой комнате. Отвратительно, и меня тошнит.

Выскакиваю из комнаты и, шумно дыша, направляюсь в спальню. Но теперь же будет легче, не правда ли? Теперь мы знаем, кто хочет меня убить и за что. Из-за ревности и желания возмездия. Но это не любовь. Я бы так не поступила, как она. Никогда на свете. Я готова отпустить Ника, если он будет счастлив даже с другой, потому что я безумно хочу, чтобы он жил и дышал полной грудью. Это безумие.

Кабинетная дверь открывается, и я оборачиваюсь.

— Ты как? — Тихо спрашиваю Ника.

— Ещё в шоке. Поговорил с Дэйвом, он упомянул о том, что в тот день, когда ты приехала в дом моей семьи, у тебя случился инцидент с камерой, — медленно отвечает он.

— Да… да, я уже говорила, что Зарина, которая представилась Марисой, разбила её. Твой подарок. Я… не хотела тебя расстраивать, но она полностью была повреждена, поэтому я пользовалась камерой Дэйва, — киваю я.

— Я хочу знать об этом подробно. Можешь всё вспомнить? Каждый нюанс, как это произошло, — хмуро просит Николас.

— Хорошо. Хм, Дэйв попросил заменить его, и я пришла на свою первую подобную съёмку. Она не очень приятно высказывалась обо мне и постоянно была недовольна моей работой. Потом она неожиданно прекратила съёмку и выхватила из моих рук камеру, чтобы посмотреть фотографии. Она снова принялась оскорблять меня и высказывать своё недовольство…

— Ты выпустила из рук камеру или держала её? — Уточняет Ник.

— Отпустила, потому что опешила от такого поведения. Обычно люди более вежливы, — говорю я.

— И потом? Как она разбилась?

— Зарина якобы передала мне камеру обратно, но я не успела взять её. Она разжала пальцы, и камера упала на пол. Так и разбилась. Там линзы треснули, и внутри матрица была повреждена. У меня не было возможности её починить, проще купить новую. Вот так, — тихо произношу я, пожимая плечами.

— Чёрт, ты отдала ей, — шепчет Николас, шумно выпуская воздух через губы.

— Она забрала…

— Нет, Мишель. Здесь всё куда тоньше, чем ты думаешь. Зарина нижняя до мозга костей. У нет понятий обычная жизнь и тематическая. У неё она одна. Именно этим она меня и привлекла. Зарина была идеальной нижней. Камера — своего рода символ передачи прав. Когда меняются нижние, то Верхний по законам темы, знакомит их сам, чтобы первая рассказала всё о предпочтениях своей последовательнице. И в знак того, что она добровольно передаёт своё место, протягивает новой что-то такое, что было очень важным для неё и подарком Верхнего. И новая нижняя ломает это, полностью забирая права и говоря тем самым, что больше эта девушка не вернётся в жизнь её Верхнего, а если нарушит своё обещание, то тогда её накажут. Я купил тебе камеру и подарил её. Зарина об этом знала, я не понимаю откуда, но она знала, что это мой подарок тебе. И в тот момент, когда ты отпустила камеру, отдав полностью в руки Зарины, по её мнению, ты добровольно согласилась отказаться от меня и наших отношений. Она разбила камеру, тем самым подтвердив, передачу прав на меня, — от потрясения из-за слов Николаса, опускаюсь на кровать и с ужасом смотрю на него.

— То есть… она считает, что я вернула тебя ей, проведя этот ритуал, о котором я даже понятия не имела? — Едва слышно шепчу я.

— Да. Ты добровольно отказалась от меня, по её мнению, но нарушила своё обещание и до сих пор находишься со мной, не позволяя ей вернуться. Она наказывает тебя, а не меня. Она собирается убить тебя, считая, что ты мешаешь нам, и абсолютно не следуешь законам темы, а значит тебе нет места в этом мире, — Ник подходит ко мне и опускается на колени.